МИР ПИВА

"Западные экономисты предрекали нам крах".

Беседу вели алексей хазбиев и сергей агеев.

На вопросы журнала "эксперт" отвечает таймураз боллоев -- генеральный директор пивоваренного завода "балтика", наиболее быстро развивающейся российской компании.

По итогам года темп роста объемов продаж "балтики" превысил 200%.

В рейтинге "эксперт-200", в списках крупнейших компаний россии по объему реализации продукции и по рыночной стоимости, "балтика" занимает соответственно 148-е и 47-е места. Объем продаж за прошлый год составил 578,5 млрд рублей, прибыль после налогообложения -- 240,4 млрд рублей. Рыночная стоимость -- 444,2 млн долларов. Персонал -- 2 тыс. Человек.

До недавнего времени вся продукция "балтики" производилась из импортного сырья (включая тару). Наиболее популярный сорт "балтики" -- n3 (классическое светлое) -- составляет более половины общего объема производства, на втором месте n4 (оригинальное темное) -- около трети.

Главный акционер "балтики" -- скандинавский концерн baltic beverages holding (50,6% акций), учрежденный шведской pripps, финской hartwall group и норвежской ringnes.

-- Таймураз казбекович, россия, на ваш взгляд, водочная страна или все-таки пивная?

-- конечно, пивная. Водочная она потому, что так выгодно государству, которое получает с водки большие доходы. Если посмотреть историю, то о пиве в россии заговорили очень давно. Еще в четыреста шестидесятом году у некоторых народностей были намеки на пиво. Несколько веков пиво варится по классической технологии в средней полосе россии, чувашии, удмуртии. Это не то что водка, в которой просто что-то с чем-то смешали.

Еще восемь лет назад, когда я был на европейской выставке "интербравт" и подходил к стендам западных компаний, меня всерьез спрашивали: "а что, в россии правда варят пиво?" и вроде как они пытались нас обидеть, подколоть. Но уже несколько лет спустя европа признала нас пивной державой. В нынешнем году на этой же выставке на стендах почти всех крупных западных компаний были русскоговорящие сотрудники и документация на русском языке.

-- Какие первые решения вы принимали в должности генерального директора "балтики"? как раскрутились?

-- когда я пришел на "балтику", завод уже стоял: оборотных средств не было, не на что было купить сырье, не на чем было работать. Двенадцать лет завод строили -- все оборудование уже устарело. И возник вопрос: что же делать? тогда любое принятое решение было правильным, потому что завод был мертвым, и если шевельнулся -- уже хорошо, уже живой. Стоять нельзя было. В начале девяносто второго года мы пошли на колоссальный риск и взяли в банке кредит на восемьсот миллионов рублей. Никто тогда не надеялся, что этот кредит будет возвращен. Я думаю, даже тот банк, который нам его давал, был уверен, что деньги мы не вернем. Под залог было описано здание, оборудование, другие ценности, которые есть на заводе. Практически на весь кредит мы купили сырье. Потом помогла гиперинфляция. Рост цен на сырье и готовую продукцию намного опередил проценты, под которые был взят кредит. В результате мы имели почти годовой запас сырья, и получалось, что из дешевого солода производили дорогое пиво. Это позволило нам расплатиться с долгами и занять устойчивое финансовое положение.

-- Как складывались ваши отношения со стратегическим инвестором -- baltic beverages holding?

-- нам нужны были деньги для развития, а собственных средств, особенно с теми налогами, естественно, не хватало. Тогда к нам ездило много иностранцев. Толковые западные экономисты, профессора, предрекали нам крах. Говорили: ну все, ваш рост через пару лет закончится и будет страшное падение. Приехала делегация baltic beverages holding, я им рассказываю про перспективы завода: через полгода будет такой-то рост, через год такой-то. Они переглядываются, улыбаются... Я попросил их записать и через год проверить. Потом они уже сами приехали, а мы, посмотрев, какие у них планы и подходы, решили сотрудничать. Теперь я себе часто задаю вопрос: правильным ли был этот шаг? и если посмотреть на развитие тех предприятий, которые тогда работали лучше нас или наравне с нами, и посмотреть наше развитие, то ответ один: это, к сожалению, правильный шаг. Почему к сожалению? конечно, хотелось бы самому развиваться, но государство нам не верило, мы не могли у него получить кредит.

-- Как удается находить общий язык с крупными акционерами? они всегда разделяют вашу точку зрения?

-- нет, не всегда. Но мы в любом случае найдем правильное решение. Когда мы начинали работать, было больше разногласий, попыток куда-то вмешаться, но потом они сделали для себя очень интересный вывод: в россии может управлять россиянин.

Когда западный менеджмент переносится на наши предприятия, эффекта зачастую не получается. Тогда, как правило, говорят: "ну, братцы, так это же россия, что я могу сделать, там бандиты, там убивают" -- и это является для них оправданием провала. На самом деле причина совершенно в ином. Люди не разбираются, не изучают или не успевают изучить российскую действительность.

-- Как пришла идея сделать ставку на российскую торговую марку -- "балтику"?

-- представьте себе девяносто первый год, отсутствие не только оборотных средств, но и простого учета. В этой ситуации начали производить пиво, которое никому не нужно. Потому что завод имени степана разина, "вена" и "красная бавария" производили те же сорта, что и мы, а расположение у них выгоднее. Отдел сбыта обзванивает торговлю, а нам говорят: "спасибо, до вас далеко ехать и вообще вот тут рядом у нас такое же пиво, договоры с другими заводами" -- и так далее. И вот тогда сработал инстинкт самосохранения. Нужно было уйти от производства общепринятых госстандартовских видов и наименований пива, "жигулевского" и прочих, и придумать что-то свое. Нужно было заставить оптовиков доехать до нас. И мы придумали "балтику". Вариантов было много, но в конечном итоге мы воспользовались тем, что к питеру по всей россии хорошее отношение, а нева, ладога, балтика -- это то, что ассоциируется с петербургом.

-- Сейчас на рынке пива ужесточается конкуренция. Каковы, по вашему мнению, перспективы отечественных пивоваров?

-- в ближайшие пятнадцать лет можно смело строить пивоваренные заводы, расширять производство и забыть о конкуренции. При производстве тринадцати литров пива на человека в стране говорить о серьезной конкуренции -- ну это же стыдно. Сейчас мы выпиваем пива почти в два раза меньше, чем десять лет назад. Средний петербуржец пьет около сорока пяти литров пива в год, москвич -- немногим более сорока литров, в других городах -- еще меньше. А ведь в петербурге живут далеко не самые богатые люди, одних только пенсионеров больше миллиона. Но если даже взять сорок-сорок пять литров на человека и помножить на население страны, то получится, что потенциальное потребление переваливает за шестьсот миллионов декалитров, а все отечественные заводы производят чуть больше двухсот. То есть нужно еще четыреста миллионов декалитров пива или тринадцать таких заводов, как "балтика". Но, к сожалению, у существующих заводов нет возможностей ни по техническому оснащению, ни по финансам увеличивать производство хотя бы на тридцать миллионов декалитров ежегодно.

И еще сбыт вырос и будет расти, потому что пиво перестало быть локальным и скоропортящимся продуктом. Раньше выпускалось в основном непастеризованное пиво, по госту срок хранения был восемь суток, и его можно было продавать только там, где оно производилось.

В первом полугодии прошлого года рост производства пива по ста отечественным заводам составил почти пятнадцать процентов, до этого шло непрерывное падение. Прошлый год можно считать отмашкой для крупных пивоваренных компаний, чтобы начинать развивать производство в россии. Мне кажется, что опубликованные результаты нынешнего года будут началом серьезных инвестиционных шагов крупных пивопроизводящих фирм, и это одна из причин, которая заставляет нас очень здорово спешить. То, что мы можем упустить сейчас, уже невозможно будет нагнать потом, ибо когда всемирно известные пивоваренные компании построят заводы в россии, нам очень трудно будет с ними тягаться. Они хоть и считают деньги, но то, что для нас большие деньги, для них -- никакие.

-- Кого вы считаете своим главным конкурентом на нашем рынке?

-- прежде всего carlsberg, heineken, holsten, может быть, некоторые американские, немецкие и японские компании. Мы хотим их опередить на своем рынке, пока они еще не пришли. Уже сейчас доля импортного пива почти сорок процентов, это чересчур много, такого нет ни в одной стране.

-- Но, по оценкам западных аналитиков, доля импортного пива в россии всего пятнадцать процентов.

-- Понимаете, в чем дело: эти цифры скорее всего взяты из официальной статистики, но существует большая доля неофициальных поступлений. Легально импортировать не всегда выгодно. Я могу привести такой пример: буквально месяц назад мы получили партию пива от своего коллеги из "алдариса", из риги. Растаможили как положено, прошли все необходимые барьеры и инстанции -- и это пиво обошлось нам по шесть- шесть с половиной тысяч рублей за бутылку в опте, что намного выше розничной цены. В конечном итоге это вылилось сначала в цену, а потом -- в канализацию. Точно такая же ситуация в прошлом году была с пивом pripps.

-- А будет сокращаться доля импорта?

-- конечно, она должна сокращаться. В перспективе импорт будет около десяти процентов. В европейских странах эта цифра колеблется от трех до восьми, максимум десяти процентов. Например, в чехии импорт составляет три процента.

-- В отечественной пивоваренной отрасли идет концентрация производства. С одной стороны, "балтика" постоянно наращивает мощности и уже начала покупку заводов в регионах; с другой стороны, англо-американская san group, уже купившая пакеты акций семи пивзаводов, продолжает экспансию. По оценкам западных экспертов, в недалеком будущем в россии останется два-три холдинга и еще с десяток более или менее крупных пивоваренных заводов мощностью от пяти миллионов декалитров в год, которые за счет увеличения производства смогут сократить себестоимость пива и вытеснят мелких производителей. Насколько, по-вашему, верен этот прогноз?

-- подобные выводы имеют право на существование. Но давайте посмотрим на опыт других пивопроизводящих стран: в этом году только в одной баварии будет произведено двести сорок литров пива на человека, это страшные цифры. Тем не менее там наряду с монстрами существуют мини-пивоварни, производящие самый мизер, которые соседствуют друг с другом, и каждая имеет свою нишу, поставляет пиво в свой ресторан. Мини- заводы не имеют тех затрат, которые несут гиганты, например на транспортировку, гораздо меньше расходы на энергию и так далее. Я не думаю, что у нас обязательно должно произойти что-то обратное.

Другое дело снижение себестоимости за счет концентрации производства. Вот вы назвали минимально эффективную производительность пять миллионов декалитров в год, а я могу сказать: десять. Производя десять миллионов декалитров в год, можно уже позволить себе всякие вольности и спокойно снизить отпускную цену на двадцать процентов. Вы упомянули san group, мы к ним хорошо относимся. Вообще у нас о коллегах не принято говорить... У san group свои соображения, свои цели. У них семь заводов, которые стабильно работают, ну и что? ну будет семнадцать, может быть, даже сто, но мы пока не видим, чтобы происходило что-то такое, что нас настораживало бы. Насколько они будут нам конкурентами, будет видно из того, удастся ли им снизить издержки. Из отечественных пивоваренных заводов можно отметить "очаковский": там серьезные сдвиги, в ноябре запускаются огромные производственные мощности. Пожалуй, еще волжский завод, который принадлежит san group. Неплохо развивается омский завод "росар".

-- Вы планируете экспансию в страны снг?

-- пока слишком большой вакуум внутри россии, чтобы тут же приступить к освоению других рынков. Покупка завода в ростове-на-дону - - намек на рынок закавказья и украины. Но, например, из калининграда нас вытеснили польские компании. Наши внутренние налоги выше, чем в польше. В прошлом году похожая ситуация была в белоруссии: местное пиво в разы дешевле, чем "балтика".

Мы планируем иметь несколько пивоваренных производств в стране: на востоке, за уралом. При этом в будущем году собираемся инвестировать около восьмидесяти миллионов долларов для увеличения производства на "балтике", ориентируясь на отечественное сырье.

-- Говорят, вы занялись мичуринством: стали сеять ячмень в петербурге?

-- французы нам прислали семена пивоваренного ячменя. В этом году сняли урожай в шести хозяйствах ленинградской области. В перспективе будем выращивать ячмень еще в псковской и новгородской областях, а на заводе перерабатывать. Вы бы видели, сколько людей этим недовольны, оказывают сопротивление. Говорят: не надо выращивать в ленинградской области ячмень. Почему? не растет! ну ваше какое собачье дело, растет он или не растет. Мы попробуем, не будет расти, не будем производить. Хозяйства простаивают, ни техники, ни удобрений там нет, никакой селекционной работы не ведется. Появилась возможность заработать, и этому сопротивляются. Но благодаря поддержке губернатора ленинградской области вадима густова мы его все-таки посадили. И уже подписали контракт с французской soufflet group о строительстве на территории "балтики" завода по производству солода, который позволит обеспечить почти сорок процентов потребности страны.

-- Сорок процентов рынка -- это ваша стратегическая цель?

-- нет, конечно, сорок процентов мы не потянем, потому что рынок вырастет. Но двадцать-двадцать пять процентов вполне реально.

-- Успехов у вас вроде бы много, а какая ваша самая большая неудача?

-- на заре приватизации нужно было скупать по дешевке заводы, тогда бы мы сегодня имели не два, а несколько производств. Мы побоялись это сделать. А вообще-то не принято свои ошибки признавать.